Юридические факты не подлежащие доказыванию

Факты, не подлежащие доказыванию в гражданском процессе

Факты, не подлежащие доказыванию: общее понятие

Важно! К каждой из сторон по гражданскому делу обращено требование ГПК РФ доказывать свою позицию. Но вместе с тем нередки ситуации, когда достоверность утверждений очевидна. ГПК, исходя из общеправового принципа экономии средств (в процессуальном аспекте), приходит суду и сторонам на помощь, признавая отдельные факты имеющими силу априори по основаниям, указанным в нем.

При грамотном встраивании таких фактов в систему доказательств сторона в процессе имеет возможность укрепить собственную позицию и достичь своих целей.

Однако следует учитывать, что ни одно из доказательств, в том числе обстоятельства, о которых речь пойдет ниже, не имеет для суда обязательной силы и может быть опровергнуто другими доказательствами. Суд свободен в их оценке (ст. 67 ГПК РФ). Это положение актуально в 2021 году.

Предмет доказывания и факты, не подлежащие доказыванию: соотношение

Обратите внимание! Не каждое обстоятельство будет иметь значение для данного дела. Не подлежащие доказыванию факты должны обладать свойством относимости к предмету доказывания:

  • при подготовке иска необходимо исходить из положений норм, регулирующих правоотношения сторон:
  • в последующем следует учитывать обстоятельства, которые суд указал в определении о подготовке дела.

ГПК РФ (ст. 61, 68) дает основания для выделения следующих групп таких фактов.

Общеизвестные факты

Это обстоятельства-аксиомы, которые входят в круг познаний большого количества людей, включая, как правило, суд.

Общеизвестные факты подразделяются на всемирно известные, известные в стране и локально известные. Иногда для их подтверждения (например, если они имеют распространение или использование в достаточно узкой, специализированной сфере) приходится прибегать к услугам специалистов.

Можно привести следующие примеры признания таких фактов судом:

  • апелляционное определение Московского городского суда от 06.10.2015 по делу № 33-32353/2015 (проживание диких животных в лесах и невозможность контролировать их передвижение);
  • апелляционное определение Московского городского суда от 28.08.2015 по делу № 33-31122/15 (обустройство захоронения с памятником, оградой, цветами является традицией).

См. также статью КонсультантПлюс «Установление судами первой и апелляционной инстанций общеизвестности обстоятельства». Если у вас еще нет доступа к системе КонсультантПлюс, вы можете оформить его бесплатно на 2 дня.

Преюдициальные факты

Это обстоятельства, установленные судом при рассмотрении другого гражданского или административного (разрешенного в соответствии с КАС РФ с 15 сентября 2015 года) дела. При этом такие обстоятельства имеют значение только в том случае, если:

  • проверялись судом при рассмотрении дела, доказательства исследованы и им дана оценка (то есть они устанавливались, а не только упомянуты);
  • стороны участвовали в рассмотрении этого дела.

Круг преюдициальных фактов, установленных при разрешении уголовного дела (содержащихся во вступившем в законную силу приговоре суда), сужен до обстоятельств, касающихся того:

  • имели ли место действия;
  • совершены ли они определенным лицом.

Причина такого ограничения в том, что в обязанности суда по уголовному делу не входит проверка иных фактов.

При рассмотрении дела в суде общей юрисдикции эти обстоятельства могут быть использованы только в деле об имущественной ответственности этого лица (ст. 61 ГПК РФ).

Признанные факты

Действенным средством, способствующим быстрому разрешению споров, является использование признанных обстоятельств, которые также не требуют доказывания.

Обратите внимание! Однако препятствием в этом является неоправданное усложнение подтверждения этих обстоятельств: письменные заявления сторон, занесение в протокол (ст. 68 ГПК РФ). Признание может быть отвергнуто судом, если оно совершено:

  • под влиянием внешних факторов (угроз, обмана);
  • при добросовестном заблуждении признающей стороны.

С 1 января 2015 года в число обстоятельств, не требующих доказывания, входят факты, установленные нотариусом, при отсутствии:

  • опровержения подлинности нотариально удостоверенного документа;
  • существенных нарушений порядка совершения нотариального действия.

Таким образом, обстоятельства, не подлежащие доказыванию (преюдициальные, общеизвестные, признанные сторонами спора), могут стать действенным подспорьем в судебном процессе.

«Мучительная агония преюдиции» в гражданском процессе

Слова профессора кафедры гражданского процесса юридического факультета СПбГУ Михаила Шварца в качестве заголовка выбраны не случайно. Каждый юрист хотя бы раз сталкивался с проблемой применения правил о преюдиции (обстоятельства, установленные имеющим силу судебным актом, не нуждаются в доказывании при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, – ст. 61 ГПК РФ, ст. 69 АПК РФ).

При обращении к судебной практике возникает множество вопросов, в частности – об объективных пределах преюдициальности судебных актов, а именно: преюдиция – это установленные судом факты и их правовая оценка или только факт? Что высшие судебные инстанции понимают под «фактом»?

В ст. 61 ГПК содержится указание на недопустимость повторного доказывания и пересмотра только обстоятельств, установленных судебным решением. В то же время согласно ч. 2 ст. 209 Кодекса после вступления в силу решения суда лица, участвующие в деле, не вправе оспаривать в другом гражданском процессе не только установленные факты, но и правоотношения. В АПК подобная норма отсутствует.

Анализ разъяснений и практики вышестоящих судов позволяет сделать вывод, что преюдиция на сегодня является опровержимой доказательственной презумпцией. Практика применения правил о преюдиции экономической и гражданской коллегиями Верховного Суда РФ имеет существенные различия.

Так, в Постановлении Президиума ВАС РФ от 25 июля 2011 г. № 3318/11 по делу № А40-111672/09-113-880 отражена правовая позиция о том, что ч. 2 ст. 69 АПК освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора.

В Определении от 28 декабря 2012 г. № ВАС-17521/12 по делу № А51-497/2011 ВАС РФ, ссылаясь на разъяснения Пленума, данные в п. 2 Постановления от 23 июля 2009 г. № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», придерживается мнения, что преюдициальными могут считаться исключительно фактические обстоятельства, но не их правовая оценка.

Конституционный Суд РФ поддерживает позицию ВАС, что отражено в Определении от 6 ноября 2014 г. № 2528-О: «Следовательно, в системе действующего правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 АПК Российской Федерации основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 того же Кодекса означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 г. № 407-О, от 16 июля 2013 г. № 1201-О, от 24 октября 2013 г. № 1642-О и др.). Именно такое толкование и применение оспариваемой в запросе Администрации Краснодарского края нормы, вопреки утверждению заявителя, находит отражение в сложившейся практике арбитражных судов, последовательно придерживающейся того, что ч. 2 ст. 69 АПК РФ освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (постановления Президиума ВАС РФ от 15 июня 2004 г. № 2045/04, от 31 января 2006 г. № 11297/05 и от 25 июля 2011 г. № 3318/11)».

При этом КС в Определении от 21 марта 2013 г. № 407-О подчеркнул необходимость соблюдения баланса: «Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства – с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения».

Верховный Суд при разрешении споров по конкретным категориям дел дает судам разъяснения – по сути, формулируя порядок опровержения преюдиции. Так, в п. 2 Постановления Пленума ВАС от 23 июля 2009 г. № 57 указано, что «при подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших. В ходе рассмотрения дела суд исследует указанные обстоятельства, которые, будучи установленными вступившим в законную силу судебным актом, не подлежат доказыванию вновь при рассмотрении иска об оспаривании договора с участием тех же лиц (часть 2 статьи 69 АПК РФ). Судам также следует иметь в виду, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы».

Как отмечено в п. 4 совместного постановления пленумов ВС и ВАС от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», «по смыслу частей 2, 3 статьи 61 ГПК РФ или частей 2, 3 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле. Такие лица могут обратиться в суд с самостоятельным иском о праве на это имущество. В то же время при рассмотрении названного иска суд учитывает обстоятельства ранее рассмотренного дела о праве на спорное имущество, независимо от того, установлены ли они судебным актом суда общей юрисдикции или арбитражного суда. Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, он должен указать соответствующие мотивы».

Получается, если суды не связаны правовой оценкой фактов и правоотношения сторон не преюдицируются, в каждом новом процессе на основании одних и тех же фактов суд может по-разному интерпретировать правоотношения сторон.

Например, в одном споре суд может сделать вывод о том, что договор является заключенным, а в другом – прийти к противоположному выводу. Это вносит в гражданский оборот значительную долю неопределенности и приводит к конфликту судебных актов – ведь сторона спора, недовольная исходом дела, всегда будет изыскивать пути оспаривания решения посредством предъявления иного, формально не тождественного иска.

В то же время преюдиция по определению не только освобождает от доказывания, но и является одним из свойств законной силы судебного решения.

Верховный Суд – видимо, понимая проблему и пытаясь пресечь злоупотребления, – в своих судебных актах последовательно проводит правовую позицию о том, что установленные обстоятельства и оценка доказательств, данные судом по ранее рассмотренному обособленному спору, преюдиции по смыслу ст. 69 АПК не образуют, но учитываются судом, рассматривающим второй спор.

Так, в Определении от 6 октября 2016 г. № 305-ЭС16-8204 ВС пришел к выводу: «Сама иностранная компания в ходе рассмотрения дела № А40-91248/2014 о взыскании с Правительства Москвы 3 433 582 долларов США неосновательного обогащения придерживалась позиции об уступке по соглашению от 13.08.2002 именно будущего требования. Так, она, возражая против заявления Правительства Москвы о пропуске срока исковой давности, указывала на то, что до момента вступления в силу решения от 06.08.2012 по делу № А40-73164/2012 (до 10.01.2014) у компании не возникло право требовать возврата каких-либо сумм, уплаченных ранее по еще не измененному судом инвестиционному контракту. Эти доводы иностранной компании были поддержаны судами при разрешении спора по делу № А40-91248/2014, что, в свою очередь, позволило признать иск поданным в пределах срока исковой давности и удовлетворить требования, заявленные иностранной компанией к Правительству Москвы.

Правовая квалификация сделки, данная судом по ранее рассмотренному делу, хотя и не образует преюдиции по смыслу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, но учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, разрешающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы. В рассматриваемом случае не имеется объективных причин для того, чтобы сделать выводы, противоположные выводам по делу № А40-91248/2014, и признать договор цессии от 13.08.2012 договором уступки существующего, а не будущего, требования».

В Определении ВС от 19 марта 2020 г. № 305-ЭС19-24795 по делу № А40-195946/2016 отражена следующая правовая позиция: «Признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П). Оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 305-ЭС15-17704). При разрешении настоящего обособленного спора суд без указания мотивов пришел к противоположному выводу, признав товарную накладную от 13.01.2016 № 10 допустимым доказательством, подтверждающим факт первоначальной поставки товара должнику. Вследствие чего одни и те же обстоятельства, являющиеся существенными для правильного рассмотрения спора, оказались оцененными судами по-разному и это привело к конфликту судебных актов, в результате которого возникла ситуация, когда Денисовой Н.Д. сначала отказано во включении долга в реестр требований кредиторов должника в связи с недоказанностью поставки товара, а затем с нее взыскана стоимость частично возвращенного товара, поставка которого первоначально не была подтверждена, что не соответствует принципу правовой определенности».

В Определении от 5 сентября 2019 г. № 305-ЭС18-17113(4) по делу № А40- 129253/2017 Суд сослался на неприменение преюдиции и направил спор на новое рассмотрение, указав: «Кроме этого, при рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный управляющий ссылался на наличие иных принятых по настоящему делу судебных актов о признании недействительными банковских операций, совершенных в тот же период в аналогичной ситуации. Так, в рамках другого обособленного спора установлено, что по состоянию на 03.07.2017 в банке имелась скрытая картотека неоплаченных платежных документов. В рассматриваемом же случае при схожих обстоятельствах совершения в тот же период банковских операций суд пришел к противоположному выводу. Установленные обстоятельства и оценка доказательств, данная судом по ранее рассмотренному обособленному спору, преюдиции по смыслу ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не образуют, но учитываются судом, рассматривающим второй спор. В том случае, если суд придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы».

В Определении от 11 июня 2020 г. № 305-ЭС20-16 по делу № А 41-15768/2017 Верховный Суд также отметил необходимость учета правовой позиции по ранее рассмотренному спору и сделал вывод о том, что суды во втором деле обоснованно пришли к иному выводу: «Общество “Газпром”, помимо прочего, указало, что ранее определением Арбитражного суда Московской области от 11.01.2018 аналогичное его требование признано текущим. Однако данный довод не является достаточным основанием для иной квалификации задолженности по выплате дивидендов, поскольку в отличие от правил установления фактических обстоятельств спора вопрос о применении к этим обстоятельствам норм права (иначе – юридической квалификации) не разрешается по правилам преюдиции (статья 69 АПК РФ) и тем более по правилам общеобязательности судебных актов (статья 16 АПК РФ). Действительно, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в рассмотренном ранее судебном деле, подлежит учету в последующем деле. Однако при этом суд не связан предшествующей оценкой и, придя к иным выводам, должен указать соответствующие мотивы».

Что касается практики Судебной коллегии по гражданским делам ВС, то ее анализ позволяет сделать вывод о преюдициальности правоотношений сторон.

Например, в Определении от 11 августа 2020 г. № 50-КГ20-3-К8 Суд прямо указал на запрет оспаривать выводы: «При таких обстоятельствах Маевский С.В., являвшийся участником спора по гражданскому делу № 2-2780/2018, рассмотренному Первомайским районным судом г. Омска, так же как и Оленичев В.В., в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ не вправе оспаривать выводы, содержащиеся в решении Первомайского районного суда г. Омска от 28 декабря 2018 г. и апелляционном определении судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 28 марта 2019 г., поскольку эти судебные акты имеют для указанных лиц обязательную силу и являются преюдициальными по настоящему делу».

В Определении ВС от 22 октября 2019 г. № 23-КГ19-6, 2-254/2017 изложена правовая позиция о запрете вновь оспаривать правоотношения сторон: «В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные решением Таганского районного суда г. Москвы от 15 ноября 2017 г., являлись обязательными для судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чеченской Республики. Согласно ч. 2 ст. 209 названного кодекса после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения. Таким образом, в силу приведенных выше положений ст. 61 и 209 ГПК РФ, обеспечивающих непротиворечивость судебных постановлений и не допускающих принятие взаимоисключающих судебных актов, после принятия апелляционного определения судебной коллегией Московского городского суда от 15 ноября 2017 г. и вступления в силу решения Таганского районного суда г. Москвы от 15 ноября 2017 г. апелляционной инстанцией Верховного Суда Чеченской Республики должны были быть учтены установленные этими судебными постановлениями факты и правоотношения сторон».

В Определении от 11 августа 2020 г. № 30-КГ20-1-К5 Верховный Суд сделал вывод о запрете оспаривать факты. При этом под фактом в конкретном деле понимается факт прекращения поручительства: «исходя из вышеизложенного, следует, что Борлаков Х.М. как лицо, ранее участвующее в деле о взыскании задолженности, не вправе оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты, в частности факт прекращения поручительства».

Анализируя данное дело, можно увидеть противоречие еще и в том, что именно ВС понимает под понятием «факт». По логике Экономколлегии, установление факта прекращения поручительства является юридической квалификацией (правовой оценкой) и не является фактом (эмпирической данностью). Таким образом, в данном деле Суд, очевидно, говорит о прекращении поручительства именно как о факте.

Юридические факты не подлежащие доказыванию

Совокупность юридических фактов, от установления которых зависит разрешение дела по существу, называется предметом доказывания.

Термин «предмет доказывания» означает, что все входящие в него юридические факты должны быть в процессе доказаны, т. е. они представляют собой то, что подлежит доказыванию. Их называют еще искомыми фактами, так как суд должен эти факты установить, отыскать, для того чтобы разрешить дело. Состав фактов, входящих в предмет доказывания, для каждого дела различен. Суд определяет его, исходя из требований и возражений сторон и руководствуясь нормами материального права, которые должны быть в данном случае применены.

В силу состязательного построения гражданского процесса на стороны возложено так называемое бремя утверждения: заявляя в суде требования или возражения, они сами должны указать те обстоятельства, те факты, которыми требования и возражения обосновываются (ч. 1 ст. 56 и п. 5 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ). Именно из этих фактов и складывается прежде всего предмет доказывания по делу.

К предмету доказывания в первую очередь относятся факты основания иска, т. е. юридические факты, указанные истцом в качестве основания исковых требований. В предмет доказывания входят также факты основания возражении против иска, т. е. юридические факты, указанные ответчиком в качестве основания возражений против иска.

Если стороны ссылаются на факты, не имеющие юридического значения, суд не должен их исследовать. Если же стороны не укажут всех фактов, имеющих значение по делу, суд должен по своей инициативе включить их в предмет доказывания: «Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались» (ч. 2 ст. 56 ГПК).

Правильное определение предмета доказывания по каждому делу, т. е. круга фактов, подлежащих исследованию, очень важно: если будут установлены не все факты, необходимые для разрешения дела, это повлечет вынесение необоснованного решения.

В предмет доказывания по делу могут входить самые различные юридические факты. Это могут быть как события, так и действия, как правомерные, так и неправомерные: сделки, договоры, факты причинения вреда и неисполнения обязательств, рождения, смерти, вступления в брак, наступления срока, пропуска срока и т. п.

ГПК предусматривает две категории фактов, которые могут быть положены в основу решения по делу без доказывания и поэтому не включаются в предмет доказывания. Это – общеизвестные и преюдициально установленные факты (ст. 61 ГПК).

Общеизвестными являются факты, о которых знает широкий круг лиц, в том числе судьи. Часть 1 ст. 61 ГПК гласит: «Обстоятельства, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании». Таким образом, право признать факт общеизвестным и потому не нуждающимся в доказывании предоставлено суду.

Не подлежат доказыванию факты, преюдициально установленные (предрешенные), т. е. установленные ранее вынесенным и вступившим в законную силу приговором или решением суда по другому делу.

В практике случается, что факты, которые раньше уже исследовались судом, существенны и служат основанием для разрешения другого дела. Они не подлежат доказыванию, поскольку уже были установлены судебным постановлением, вступившим в законную силу. Более того, суд не вправе проверять их, подвергать новому судебному рассмотрению.

В ч. 2 ст. 61 ГПК предусмотрено, что факты, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному Делу, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Преюдициальное значение для дел, рассматриваемых в судах общей юрисдикции, имеют также факты, установленные решениями арбитражных судов (ч. 3 ст. 61 ГПК).

Преюдициальное значение могут иметь и факты, установленные приговором по уголовному делу.

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК вступивший в законную силу приговор по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам о том, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

181. Распределение обязанности доказывания и доказательственные презумпции в гражданском процессе.

Общее правило о распределении обязанностей доказывания установлено в ч. 1 ст. 56 ГПК РФ: каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений . Таким образом, из этого правила следует, во-первых, что обязанность доказывания возлагается на стороны, и, во-вторых, что каждая сторона обязана доказывать те факты, которые она привела, чтобы обосновать ими свои требования или возражения.

Истец, предъявляя иск, указывает факты, обосновывающие его исковые требования (основание иска). Он обязан доказать эти факты. Ответчик может вести себя в процессе по-разному. Если он признает иск, то доказывать, конечно, ничего не должен, так же как и в тех случаях, когда ограничивается простым отрицанием, т. е. ни на какие факты сам не ссылается. Если же он заявляет возражения против иска, т. е. приводит доводы, опирающиеся на определенные факты, то обязан их доказать. Если истец, в свою очередь, выдвигает возражения против доводов ответчика, он должен доказать факты, обосновывающие эти возражения, и т. д.

Следует учитывать, что суд узнает о существовании доказательств по делу в основном от сторон. Бездеятельность стороны в процессе доказывания может привести к тому, что нужные доказательства не будут обнаружены и факты, в установлении которых она заинтересована, не будут доказаны.

Правила о распределении обязанностей доказывания регулируют процессуальный вопрос: кто должен представлять доказательства в подтверждение того или иного факта. Одновременно это имеет и материально-правовое значение – дело по существу, т. е. материально-правовой вопрос, разрешается не в пользу той стороны, на которой лежала обязанность доказать факт, оставшийся недоказанным.

Доказательственная презумпция — это установленное законом предположение о том, что определенный факт существует, если доказаны некоторые другие связанные с ним факты.

Если одна из сторон в обоснование своих требований или возражений ссылается на какой-либо факт, подпадающий под действие доказательственной презумпции, она доказывать этот факт не должна, так как он предполагается существующим. Другая сторона может данное предположение опровергнуть, доказав, что в данном случае презюмируемый факт не имел места.

Больше всего суду при рассмотрении гражданских дел приходится реализовывать следующие виды презумпции:

— презумпция вины должника. По действующему праву привлечь к ответственности гражданина или организацию можно лишь при условии их вины. При неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства должник предполагается виновным и ему предоставляется возможность опровергать предполагаемую вину (ст. 401 ГК);

— презумпция добропорядочности гражданина . Каждый человек предполагается добропорядочным до тех пор, пока в установленном порядке не будут убедительно доказаны факты, отрицательно его характеризующие (ст. 152 ГК). В силу данной презумпции обязанность доказывания правильности и достоверности информации, затрагивающей честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, возлагается на ответчиков, лиц, распространивших данную информацию. Истец лишь должен доказать факт распространения сведений, порочащих его;

— презумпция собственности (ст. 209 ГК). Лицо, владеющее и пользующееся какой-либо вещью, предполагается ее собственником, пока не будет доказано обратное, т. е. пока не будет опровергнуто в установленном порядке данное предположение;

— презумпция смерти долго отсутствующего гражданина. Если человек в месте своего постоянного пребывания отсутствует свыше определенного законом срока и нет сведений о нем, то суд на основании данной презумпции и по правилам особого производства признает лицо умершим (ст. 45 ГК);

— презумпция отцовства . Муж матери ребенка, родившегося от родителей, состоящих в зарегистрированном браке, предполагается отцом этого младенца (ст. 48 СК). Мужчина вправе оспаривать отцовство в судебном порядке.

Судебной практике известны и другие доказательственные презумпции.

Доказательственная презумпция содержится, например, в ст. 1064 ГК, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда:

«Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине». На причинителя вреда возложено бремя доказывания своей невиновности. До тех пор, пока он этого не докажет, будет предполагаться, что он действовал виновно. Таким образом, в ст. 1064 ГК установлена презумпция вины причинителя вреда

182. Относимость и допустимость доказательств по ГПК РФ. Оценка доказательств в гражданском процессе.

Правило относимости доказательств заключается в том, что суд должен допускать и исследовать только относящиеся к делу доказательства.

Относящимися же к делу являются доказательства, которые могут подтвердить или опровергнуть существование того или иного искомого факта, т. е. содержат сведения об искомых юридических фактах. Относящимися к делу являются также доказательства, из которых можно получить сведения о доказательственных фактах и о фактах, имеющих процессуальное значение.

Право суда отобрать только относящиеся к делу доказательства установлено ст. 59 ГПК: «Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела». Если доказательство к делу не относится, оно не имеет для него значения, и суд в соответствии со ст. 59 ГПК не должен это доказательство допускать: он не принимает его к рассмотрению, отказывает в истребовании или устраняет из дела.

Правило об относимости доказательств находит выражение и в нормах, касающихся отдельных видов доказательств. Так, согласно ч. 2 ст. 69 и ч. 2 ст. 57 ГПК лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, об истребовании или допущении письменного или вещественного доказательства, обязано указать , какие обстоятельства могут быть установлены соответствующими доказательствами. Такое указание дает суду возможность определить, относится ли доказательство к делу, и решить вопрос о его допущении или истребовании.

Значение правила об относимости доказательств заключается в том, что оно позволяет правильно определить объем доказательственного материала, отобрать только те доказательства, которые действительно нужны для установления фактических обстоятельств дела, и устранить из процесса все ненужное, не относящееся к делу, загромождающее процесс.

Под допустимостью доказательств понимают, во-первых, правило, в силу которого суд может использовать только предусмотренные законом виды доказательств: объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, заключения экспертов, аудио- и видеозаписи. Других, не предусмотренных законом доказательств, суд допускать не вправе. Именно в таком смысле обычно говорят о допустимости доказательств в теории уголовного процесса.

Но в гражданском процессе правило допустимости доказательств имеет еще и другое содержание. В ст. 60 ГПК, озаглавленной «Допустимость доказательств», говорится: «Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами».

Таким образом, в гражданском процессе возможны случаи, когда те или иные обстоятельства, согласно прямому указанию закона, не могут доказываться любыми доказательствами. Сама ст. 60 ГПК таких случаев не называет, она допускает лишь возможность их установления. Конкретные ограничения в использовании доказательств устанавливаются другими нормами.

Наиболее известный случай – ст. 162 ГК. Она вводит ограничение в использовании свидетельских показаний: если при совершении сделки была нарушена обязательная простая письменная форма, то в случае спора стороны не вправе ссылаться на свидетельские показания. Другой случай недопустимости свидетельских показаний установлен ст. 812 ГК. Он запрещает доказывать с помощью свидетелей «безденежность» договора займа, т. е. что деньги или вещи на самом деле не были получены от кредитора взаймы или были получены в меньшем размере, чем указано в договоре. Свидетельские показания не допускаются для оспаривания договора займа по безденежности в тех случаях, когда договор должен быть заключен в письменной форме.

Таким образом, правила допустимости доказательств содержат отдельные, предусмотренные законом ограничения в использовании доказательств для установления определенных фактов.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

183. Объяснения сторон и третьих лиц как доказательство в гражданском процессе.

Объяснения сторон и третьих лиц как средства доказывания

Среди средств доказывания, которыми суд устанавливает фактические обстоятельства по делу, закон называет прежде всего объяснения сторон и третьих лиц, которые должны быть проверены, исследованы и оценены в совокупности с другими доказательствами. Право сторон давать объяснения по делу гарантируется и охраняется законом.

Решение суда подлежит отмене, если дело рассмотрено судом в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле, не извещенных о времени и месте судебного заседания (ст. 308 ГПК).

Объяснения истца, ответчика, а также участвующих в деле третьих лиц — один из видов личных доказательств, своеобразие вторых заключается в том, что они даются суду лицами, заинтересованными в исходе дела. По действующему законодательству (ч. 2 ст. 49 ГПК) объяснения сторон и третьих лиц признаются самостоятельными средствами доказывания, безотносительно к тому, содержат ли объяснения сторон признание фактов, отрицание их или какие-либо иные сведения о фактах.

Объяснения сторон и третьих лиц — это один из видов личных доказательств. Суд заслушивает объяснения сторон, третьих лиц сразу же после доклада дела. С них начинается процесс познания судом (ст. 166 ГПК).

Для того чтобы признать объяснения сторон доказательствами фактических обстоятельств, необходимо, во-первых, охарактеризовать стороны как источник доказательства, во-вторых, выяснить, какая часть из объяснений сторон может считаться доказательством.

Сторонами в гражданском процессе выступают субъекты спорных материальных правовых отношений. Являясь участниками правоотношений, истец и ответчик, а также другие лица, отстаивающие свой интерес в процессе, лучше, чем кто-либо другой, знают об основаниях возникшего правового конфликта. Стороны могут заблуждаться, давать фактам свою интерпретацию, по-своему их объяснять. Но при любой ситуации стороны — носители доказательственной информации о фактах.

Стороны и третьи лица с самостоятельными требованиями занимают в процессе доказывания двоякое положение. Они, во-первых, — субъекты материальных правовых отношений, по поводу которых возник спор, юридически заинтересованные в исходе дела, во-вторых — источники доказательств. В объяснениях сторон необходимо выделять как требования распорядительного характера, являющиеся проявлением принципа диспозитивности процесса, так и сообщения сторон о фактах, которые выступают в качестве доказательств. Сообщения сторон о фактах связаны с осуществлением обязанности по доказыванию. Это и есть проявление принципа состязательности.

Дача объяснений по делу, сообщение суду сведений о фактах — право стороны и обязанность, не обеспеченная принудительной санкцией. В законе нет санкций за отказ от дачи объяснений сторон, за дачу ложных сведений о фактах и они не могут быть установлены, так как в противном случае подрывалось бы действие принципов диспозитивности и состязательности.

В объяснениях сторон следует выделять:

1) сообщения, сведения о фактах, т. е. доказательства;